Фразеологический словарь

"не очень-то и хотелось"

Sun, 12 Jul 2009 07:10:59 GMT

Просматривая каталог сетевой библиотеки, рассеянно ткнул в: Моуди, Р. Жизнь после жизни.
Оказалось - Not found.

других писателей у меня для вас нет

Sat, 30 May 2009 17:40:49 GMT

Прерву свое знаменитое молчание. Пожалуй, даже Михалков впечатляет меньше, нежели комментарии к этой записи (недавнему антимихалковскому открытому письму членам Союза кинематографистов). Вот характерные:

Михалков хоть кино снимает, плохое ли, хорошее ли, можно по-разному относиться, но снимает. А эти все что делают?

А что по поводу Музея Кино- кому он нужен? А?

Все эти люди давно ничего не значат ни для киноиндустрии, ни для культуры в целом. Баласт, который мешает отечественному кинематографу стать действительно конкурентоспосбным

Сообщество, отметим, "профильное" и называется vgik.

мел

Sat, 28 Feb 2009 13:16:50 GMT

Из Хаджи-Мурата: Николай был особенно ласков с подданными, ибо успел уже убедиться, что необходимый "ужас внушен".

**
Для тех, кто понимает, безотносительно к оппозиции. Слышал по какому-то радио, очень типичное: "Сегодня день шахмат, и нам вспоминаются успехи нашей шахматной школы, Ботвинник, Карпов и другие шахматисты".

**
Загадочная наружная реклама Макдональдса в Мск: "Некоторым хватает 15-20 секунд".

**
"Потому что надо ставить нормальные винды – русские" – сказал консультант конторы-провайдера, недовольный работой сетевых служб моего компьютера, оснащенного оригинальной версией XP.

**
– Сядь, – сказал бомбила-азиат, когда я озвучил окончательную сумму.

**
Мы здесь за тем, шепнул сотрудник

**
Назвался? Ну, здравствуй, груздь

**
При обнаружении прогрессивно настроенных подростков незамедлительно сообщайте по связи «пассажир-машинист» или дежурному по станции.

**
– Предпочитаешь юных красоток с торчащими грудками? – доверительно спросил робот в айсикью.

**
– Могу я хоть что-нибудь сделать для себя? – в отчаянии спросил самоубийца, когда ему напомнили о детях и родителях.

**
– Спасибо за внимание, бл…, – сказал он проститутке.

**(мелодраматическая версия)
– Спасибо за внимание, бл…, – сказал Раскольников Соне, которая внимательно его слушала.

**
На прибывающий поезд в сторону станции Площадь Революции посадки нет и не будет

**
Коле поставили начало активности с понедельника.

Андрей Мадисон: трудовая книга и мгновенная коммуна

Sun, 15 Feb 2009 13:15:01 GMT

Этот текст А.М. был опубликован в 2001 г. моем разделе "Гиперссылка" (в рамках цикла интервью Subject) на портале artpiter.spb.ru, давно исчезнувшем со страниц всемирной паутины.

Часть 1. Трудовая Книга

-- Андрей! Расскажите, пожалуйста, об основных этапах Вашей трудовой и творческой деятельности, начиная с сознательного возраста и вплоть до настоящего момента.

-- Один мой приятель как-то, мы пили чай с беседой, сформулировал, что хотел бы и не работать и не испытывать при этом угрызений совести. Моя телега оказалась более скоромной: либо думать, не шевелясь, либо шевелиться, не думая.
Когда я прочитал про Дао и узнал правильное слово - “недеяние”, я даже срифмовал на радостях: овей, у вэй! Оказалось, я и так руководствовался недеянием, только неосознанно; с тех пор пришлось делать это сознательно, что, конечно, чуть обременительнее.

Вынесенное из обучения семиотике слово “оппозиция” оказалось очень полезно, когда мне пришло в голову, что я определенно противопоставляю мастерство профессионализму. Поскольку это было давно, я забыл, в чем там в точности была фишка, теперь вот кажется, что тут обязательно должно быть и что-то нравственное, вроде: мастер не станет делать орудия пыток, а профессионал - сделает.

Мастером я не стал по объективным причинам, а профессионалом - по субъективным.

Теперь - собственно к теме.

Моя трудовая биография началась за двенадцать, получается, лет до того, как я получил на нее книжку, и не в городе Таллине, где я родился и уже жил, а в деревне, в местах, откуда родом моя мать, бабка и вообще все родственники по материнской линии: Воронежская область, Россошанский район, село Барсучье. Там и осталась в сохранности наша ближняя родня: они держали свиней, и меня, когда привезли туда, определили их пасти. Месяцы спустя, на Новый год в Таллин пришла посылка, полная сала - первый, значит, заработок в пять, соответственно, лет.

Затем пошел большой перерыв в труде - на школы вперемежку с больницами, к моменту окончания последней из школ я решил стать философом в Ленинградском университете.

С мышлением у меня ничего особенного не происходило, разве что больницы добавили рефлексии, зато, если судить по исписанному красными чернилами школьному дневнику, имелись известные успехи в вольномыслии, типа: “Явился на Всесоюзную радиолинейку пионеров без пионерской формы”.

Это из меня перло, конечно, не антисоветское, а поперечное; к тому же если я и был каким шестидесятником, то наверняка с Пикадилли и из Гринич-Виледжа, а не с Арбата или из Политехнического. То есть, вне их игры. Чтобы мнить себя философом, этого оказалось достаточно. А стать им, который с дипломом, мне все равно не было суждено.

На третьем экзамене, русский и литература устно, не дав договорить о художественных, согласно вопросу в билете, особенностях “Поднятой целины”, меня спросили, где проходил такой-то разговор Макара Нагульнова с еще каким-то персонажем, а после ответа сказали, что я, дескать, не читал произведения. Я уже знал, что всех абитуриентов заранее разделили на “чистых”и “нечистых”, и убедившись, что правильно определил свое место в дихотомии, вернулся восвояси. Не без, нельзя не отметить, некоторого, впрочем не более, осадка.

Надо было - до следующего раза, и уж где-нибудь в другом месте - озаботиться работой. Ею стало ЦПКТБ “Запрыба”, а я в нем - сначала учеником, а потом и вовсе чертежником-конструктором. Освоиться помог школьный факультатив, где нас всерьез натаскивали на черчение. А также. Заканчивалось лето Вудстока - я об этом еще не знал, но все равно солидаризовался на уровне флюидов и атрибутов: стал отращивать волосы и напялил футболку с самостроком на груди: “I Can’t Control Myself”.
Родители хотели, чтоб я стал инженером и утвердился на ногах, меня же тянуло стоять на голове: в целях основательной маскировки своих намерений, я пошел на какие-то подготовительные курсы. Там оказалась девушка Роза Майская, у нее я впервые услышал Lovin’ Spoonful.

Тогда же я начал писать какие-то идиотические стишки и вести дневник, которое всё годы спустя разумно сжег в кочегарке.
Летом 70-го я поехал поступать на русскую филологию в Тартуский университет. На собеседовании, оглядев меня с головы до ног, тамошние функционеры спросили, действительно ли я хочу быть принятым в университет? А когда я поступил, добавили, что своей бородой я противопоставляю себя деканату - и не дали общежития.

Если не считать “болота”, то в нашей группе имелось две фракции: я с Лешей Полевым и “структуральные”. Они конспектировали первоисточники и бегали стайкой за Лотманом, мы пили “Саэро”, писали стихи на лекциях и слушали Iron Butterfly. Они пренебрегали нами, мы - ими, они стали филологами, мы - нет.

На третьем курсе, ввиду резко вспыхнувшей идиосинкразии к учебнику истмата, я отправился прогуливать сессию в Ленинград. Вернувшись, сдал ее в три дня и ушел из университета с условием, что через полгода меня возьмут обратно, но заочником. И стал работать библиотекарем в НБ АН ЭССР, и понятно, уже в Таллине. Логика тут действовала простая - поближе к книжкам, подальше от straights. То есть существование в плане социальной практики было вполне эфемерным, но в плане отвращения к культивированию ее - интуитивно последовательным: когда я впервые столкнулся с натуральными диссидентами, меня стошнило от них на всю оставшуюся жизнь.

Что не замедлило сказаться и дома - конфликты с родителями (неизбежные, когда самоопределяешься без самостояния) кончились тем, что неким днем ранней весны я, оставив родителям записку с текстом, погрузил барахло и книжки в “Победу” школьного еще приятеля и переехал на ней, по отсутствию представления об альтернативах, опять все в тот же Тарту. Случившийся drop out без drop in обернулся банальным и лихорадочным пьянством - мимесисом без катарсиса. И мораль этому вышла как в правильной басне: засекли и эксматрикулировали с формулировкой “За недостойное поведение”.

Работал я тогда почтальоном, как значилось, I класса, где наряду с рутиной росписи и разноски газет и писем, была и особая статья - вручение пенсий, старушки, к которым я являлся благодетелем - так именно они это обставляли. Вспоминая, передушил бы геронтофобов из СПС.

Однако после эксматрикуляции быть в Тарту стало все равно что не быть. То есть, опять получился Таллин, и опять НБ АН ЭССР. С родителями, хватило ума, я поладил, но сам перестал понимать, зачем живу. Кормился автоматизмом, которым никого другого не накормишь. Спасла любовь и за нею желанный брак. Ни о чем общественном тогда вообще не думал, никаких перспектив, кроме супружеских, не признавал. Опять начал писать стишки, да, и еще бессчетные письма, о которых годы спустя узнал, что это - mail-art.
В трудовом аспекте женитьба выразилась в дополнительной, для прибытку, работе: стал уборщиком все в той же НБ АН ЭССР. Затем восстановился в университете, а дополнительного уборщика сменил на дополнительного же дворника. Рабоче-крестьянская закваска и хипповый пафос не давали чураться так называемой “грязной работы”, а деление людей в по цвету воротничков мне было и вовсе чуждо: жизнь, в которой сочетаются разные труды (потому что разделение труда - это для пользы вещи, а не для блага человека), казалась мне единственно правильной. Не без подсказки Толстого, а далее и в особенности - Генри Торо.

Собственно, на этот стержень и низались все мои дальнейшие места работы: переводчик, редактор, археолог, преподаватель, режиссер дискотеки, сторож, дворник, кочегар, опять редактор, грузчик в зоопарке и т.д. Еще: есть ядро личной автономии, которое неприкасаемо. Еще: видимо, оно и подает сигналы к к завершению очередной рабочей смены, которые похожи на неотвратимый зов (или зуд) и сущностно лучше всего описываются как ритуалы перехода - по ван Геннепу или Тернеру.

Когда началась “перестройка”, для русских в Эстонии открылась перспектива: остаться за бортом России. Я был категорически против. Тогда это обыгрывалось ловкачами, как агрессия против свободы. 19 августа 1991 г. я безобразно напился, все было ясно.
А когда оклемался, продолжил делать как freelancer разные программы в русской редакции Эстонского радио: литература, музыка, история, квазифилософия и политпублицистика. В контент не лезли, зато и платили гроши. А контент определялся, если страново, то в основном Россией, Эстонию, считай, не поминал - в гробу видел.

Внутренняя эмиграция должна, наверное, оформиться в конце концов как эмиграция настоящая. Российское гражданство я принял сразу, как его стали давать. Уехать решил еще раньше. И в июле 1997 г. - наконец-то! - уехал, верхом на книжках и манатках, в Ярославскую область, Борисоглебский район, село Давыдово. Там я уже успел приобрести ветхий деньми и просто ветхий сруб, который сам напрашивался на: “Приют убогого чухонца”.

Два почти месяца, спасибо бюрократам, я занимался натурализацией. За это же время стало ясно, что устроиться учителем в ближайшую школу, на что я пламенно рассчитывал, не удастся: тамошний директор брал только по предъявлении православного партбилета. Оттого, едва прописавшись, я уехал в Москву, из Москвы улетел самолетом в Когалым, а из Когалыма вертолетом - на стойбище вождя племени лесных ненцев Юрия Вэллы, учить его внуков науке первого и второго класса.

Вэлла решив, видимо, что я подхожу ему как вождю в качестве чего-то вроде визиря, открылся мне: я опять - стоило уезжать! - заслушал хулы на русских, типа, какие они все негодяи. В результате наши отношения резко охладели до срока, и я вернулся “на материк”, т.е. сначала в Москву, а потом, когда морозы спали, в Давыдово. Но места учителя там опять не обрел, и поскольку деньги кончились, взялся за единственную нашедшуюся в районе работу - банщика на базе отдыха “Радуга” от Ростовского оптико-механического завода (РОМД). Места вокруг были - срединное сердце русской природы, а руководство базы оказалось - обычные среднерусские холуи. Приезжали грузины с блядями из Ростова, и они стелились под них. Однако сколько они прогибались перед грузинами и районными бонзами, столько же они изгилялись над людьми, которых безнадега сделала рядовыми работниками базы.

Через два месяца я положил перед ними два заявления об увольнении по собственному желанию - на выбор: 1) по причине хамства и 2) по причине жлобства. Рядовые коллеги на прощанье пожелали мне переменить власть в Москве, чтоб она переменила власть на базе.

Я и впрямь направлялся в Москву и именно в “Поэтизированное объединение разработки теории общенародного счастья”, ПОРТОС. Это была такая тоталитарная коммуна, и это был, безусловно, прыжок в пропасть.

Несколько спустя я написал о ней - в “Русском Журнале”.

В результате публикации я впервые в жизни сел за компьютер - в доме с названием “Гипрогор” и в комнате с названием “Imperial Management Service”, заниматься адаптацией местного американского самоуправления к русским условиям.. И почти заодно стал научным сотрудником Института человека РАН.

Далее Андрей Левкин предложил мне писать обзоры прессы для отдела политики “Русского Журнала”. Далее он же пригласил меня стать сотрудником СМИ.ру. Далее, и опять он, освободил для меня место редактора отдела политики РЖ. Насчет ФЭПа, как только я там оказался, мне сразу пришло в голову: помесь “Театрального романа” и “Процесса”. И ушел оттуда с тем же. Точнее, ушли: есть такой анекдот про крысу, которая просит лягушку перевезти ее через ручей и клятвенно обещает не кусаться, а когда, по перевозе, все-таки кусает, то сходу объясняет: “Вот такая я сволочь”. Типичная метода головки РЖ - за изъятием “сволочи”, конечно. Все тишком и в высшей степени интеллигентно. То есть, ровно то же жлобство, что и на базе отдыха “Радуга”.

Я продержался в РЖ год без дня, и даже кое-что сделал, по-видимому, а лично моя ошибка состояла в том, что я допустил себя отнестись к этой химере слишком всерьез, а не как к средству заработать. Хотя и последнее имело место, поспособствовав тому, чтоб я стал документальным москвичом.

Теперь я старший научный сотрудник в музее анафемы Л.Н.Толстого - Пречистенка, 11. Пока нехудое сочетание.

Плюс толика казеннокоштного оптимизма: Трудовая Книга продолжается!

P.S. Была еще и другая жизнь.

P.P.S. С точки зрения другой жизни, самым адекватным местом работы была кочегарка. Во первых, она отапливала детский сад - на мой взгляд, доброе дело. Во-вторых, она была на угольке - обеспечивая тем самым настоящую физнагрузку. В-третьих, мы делили четыре ее ставки на двоих с напарником - он пахал неделю, и я пахал неделю: следовательно, выходило по свободной неделе через каждую неделю. В-четвертых, очистив котел от шлака, закидав его свежим углем и вздув огонь до подходящей температуры, ты мог отправляться в подсобку и использовать ее как кабинет для чтения и писания - что я и делал. В-пятых, тебе отламывалась детсадовская кормежка. В-шестых, наряду с топкой, мы отрабатывали с напарником еще каждый по дворницкой ставке, в сумме это давало 70+70+70=210 рублей - совсем неплохо для середины 80-х. В седьмых, все лето было свободно - например, для автостопа. В-восьмых, напарник был порядочный волосатый человек - с ним всегда было легко и понятно договариваться. В-девятых, а что еще нужно?

Ну да, всегда чего нибудь не хватает: то бабок, то революции.

Часть 2. Мгновенная коммуна

“Постичь себя самого - значит забыть себя. Забыть себя - значит быть пробужденным всем множеством вещей”. Это разом и эпиграф и текст - весь.

Несколько слов комментария к нему. “Творческие состояния” - это, я единственно допускаю, и есть состояния, в которых забываешь себя. Или, говоря кастратским языком еврофилфака, снимаешь субъектно-объектную оппозицию. Остальное - рутинная работа, мимесис.

Вспомнить то, что не оставляет по себе памяти, невозможно. Перечисление текстов, их рецепций и событий, которые текстам предшествовали или воспоследовали, не творческая биография, а отчет о проделанной работе. И заодно повод побеспокоиться о том, чтоб лишний раз о себе напомнить.

В 1984 году меня понесло (прежде - заносило) в православие. Стимулом, или тем, что осталось от него как воспоминание о стимуле, были два желания: жизни иной и помочь гонимым. С ними я пришел в Никольскую церковь, к о.Олегу, из бывших питерских техинтеллигентов.

Первым вопросом, который он мне задал, стало: не увлекаюсь ли я восточными учениями? После него стоило сразу развернуться и уйти, не попрощавшись, но стимул оказался сильнее, и я выслушал все - и про “обожение”, и про то, как соблюсти пост.

И я его соблюл (зарифмовав чуть спустя: “Видно, недаром златит красота / хлеб и картошку с капустой поста”), молясь в церкви по три-четыре раза в неделю и даже становясь на колени, чтобы почувствовать, зачем это нужно. Целовать иконы и руки священника - не случилось; когда видел, отворачивался: было неловко за людей.

Сразу после пасхи я оказался на очередном своем сторожевом дежурстве в Нигулисте (начатый в XII веке, исходно католический, затем, после осады и штурма, лютеранский, ставший, в конце концов, музеем хрем-небоскреб). “Сторожкой” в нем числился склеп: по обе стороны высокой входной сводчато-створчатой двери стояли колонны, увитые плющом и увенчанные черепами со скрещенными костями; нутро сторожки дверям откликалось. В смысле защиты “творчества” от, хо-хо, “отрицательных энергий” место было самое адекватное.

Когда я уснул, мне приснился сон почему-то, но и понятно, почему, с Джоном и Йоко, который, целиком перейдя в пробуждение, прямо привел к “Ворохам и хорам”: там я в последний, как оказалось, раз поговорил с евангелиями и больше к этой книжке ни разу не возвращался - похоронил ее.

Штука, однако, в том, что речь здесь не о паре гнедых - религия и атеизм - и пересаживании с одной на другую. Просто с тех пор я не езжу ни на той, ни на этой.

Уверенного названия для состояния, в котором я остался, у меня нет, как и нет дискомфорта от того, что его нет. Поэтому: я знаю, что это было, но я не знаю, что это было. Пока приходится судить по остаточным явлениям: например, партийная или конфессиональная принадлежность прочно перешли для меня в область функций, а аргументами стали совсем другие вещи. Вроде формы носа у чайника - или разреза глаз бритвой.

Приложения

В школе я был редактором и единственным автором сначала классной, а потом школьной стенгазеты, которым каждый раз менял название: например, со “Швабры” на “Тряпку”. Было ли это занятие творческим, я не уверен. Когда ко мне добавилась Наташа Шабаева, состояние сознания, помнится, все же колебалось.

На первой своей работе в ЦПКТБ “Запрыба” я тоже отметился участием в стенгазете - написал в номер к 100-летию Ленина соответствующий стишок. Его увидал проходивший мимо мастер консервного цеха, прокомментировал: “племя - вымя” - и пошел дальше.

Я тоже пошел дальше - больше стишков “на случай” не писал, а стал писать их от случая к случаю.

Самым сильным по ощущению был случай с “Белым Аквилоном”: Ави Недзвецкий - музыка, я - словесность, исходя в частности из: “Читать стихи, определяясь музыкой”, по Новалису. Замах был вселенский, облом - года два спустя, ввиду развода - не меньший.
Канителить так - да еще распространяясь и расцвечивая - можно было бы, по-видимому, долго.

Отсюда, закругляясь, два, для разрядки атмосферы, перестройки ритма и в качестве вещдока, текста; один из них - текст просто, другой - текст письма Ивану Белову, и письма потому, что бель-эпистолярика как стала, так и остается для меня делом особым: акт прямой коммуникации мне понятнее, чем акт ее же косвенной.

1.

Эван, Иван, такой вот номер,
пишу тебе, пока не помер,
хотя, вернее, покуда жив,
второе ибо есть позитив.

Припев.
У попа была папаха,
у клопа была рубаха,
у рубахи - попадья,
вот и вся моя семья.

Я разучился строить ямбы,
я думаю - на дно всем нам бы
давно пора, чтоб на ура
на дне не строить ни хера.

Припев.
Вышел месяц из тумана,
вынул доллар из кармана,
видит грека - в реке тать,
цап! и греке срок мотать.

На том позволь сказать: vivace! -
чтоб не сказать совсем иначе,
но беден слов моих запас
и как иначе - тут я пас.

Припев.
Аты-баты - шли кураты
из землянок в зиккураты,
мы немного отдохнем
и опять за них умрем.

(“Кураты” - черти по-эстонски - так русские в Эстонии, бывало, обзывали эстонцев. Здесь смысл, пожалуй, будет пошире.)

2.

Ого-го, спасибо Торе.
Мы живем за тех, кто в море.
Нам нужны в плечах пальто.
Ум похож на шапито.
Если выпить, станет плохо.
Коль не выпить, будет хуже.
Поха - день, а ночь - эпоха.
Небо видно в каждой луже.
Быт ответствен за культуру.
Боги глушат политуру.
Вождь кусает всех на раз.
Лучший лекарь - унитаз.
Светит месяц - это дело.
Светит вечность - недостаток.
Наша Таня употела.
Руки носят без перчаток.
Блядь желает стать блесною.
Осень славится весною.
Выдох власти - вдох рабов.
Цель расстрела - сгладить ров.
Нет причин и следствий нету.
Форма - борозда раздрая.
Дулю тянет к пистолету.
За порогом - рай без края.

И если метафора творчества - это что-то вроде предельной открытости другим и иному, то вот - мгновенная коммуна и есть ее реализация, как здесь, сейчас и до следующего раза, который

2001

Еще остались многие десятки политических статей Мадисона, написанные им для покойной газеты "На дне" и для сайта "На Волне", тоже покойника, после смерти также канувшего практически бесследно.
И более личное - воспоминания (последнее - присланная им бандероль с книгой Отражения и открыткой о смерти жены Наташи), его рукописные письма и еще наша переписка о современной музыке.

мелкое

Sun, 15 Feb 2009 12:15:27 GMT

**
Всю ночь разыгрывал какие-то эстремальные гамбиты со взаимными жертвами легких фигур и скорой атакой на короля (смесь Берда и сицилианки на искаженном, кривоугольном поле). Покончив с игрой, обнаружил в своей комнате два довольно аккуратно вырезанных лица. Будто резиновых маски, но настоящие и притом мои собственные. Вполне узнаваемые, хотя и покрывшиеся трупными пятнами (но без запаха – чему был неприятно удивлен, списав на неполадки с обонянием). Пользуясь тем, что мама вышла из кухни (дело было в старой квартире на Н.), вынес и аккуратно разложил лица на столе в размышлении, что с ними делать. Второе, с глазами, вдруг самым кошмарным образом "ожило": глаза на нем раскрылись и начали желеобразно и беспорядочно перекатываться из стороны в сторону. В ту же минуту услышал, что мама возвращается и начал в панике искать целофановые пакеты, и не находил.
Как часто в таких случаях (приближения нежелательного неотвратимого), сон переключил на новый сюжет: мы с О. бродим по гигантскому ангару – центру современного искусства – изучая экспонаты советского времени (расфасованный по пакетикам ворованный воздух Мандельштама, стакан помутневшей мочи Горнфельда, гамбургский счет Шкловского весь в пятнах), а за нами ходят, переглядываясь, Андрей Миронов и Ролан Быков в строгих серых костюмах.

**
В ту же ночь узнал, что граждане США могут теперь даже не подавать документы на визы в другие страны – будто бы те сами, мол, придут, попросят и всё заполнят.

**
Один из принципов полиграфии: меньше кегль – больше смысл.
(Бессмыслица, само собой, тоже востребована)

**
У «марксистских» художников (Пазолини не исключение) герои всегда спят очень крепко и всегда на спине. Телу в этом мире нечего скрывать, оно не желает прятаться даже инстинктивно.

**
Давно заметил, что к конечным станциям метро поезда подъезжают с продолжительными остановками, как бы нехотя. Словно напоминая о том, чем чревата центробежность и сколь низок статус обитателей спальных районов. Чтобы те, застыв в стоящих посреди туннеля вагонах, еще раз задумались над тем, кто они относительно бытия.

**
Видел под утро будущий фильм то ли Джармуша, то ли Белы Тарра: тревожное ч/б, снятое плывущими планами в Лондоне с мрачным фоном, криминальный (зачем-то; зато невнятный) сюжет, такси, бобби, музей, озеро за городом, тихое течение воды, пузырек воздуха, нежный водоворот.
Из водоворота, под насекомый рокоток будильника вынес смутное воспоминание о различии между школьной и взрослой жизнью. Последняя непрерывна и натянута; первая полна тайн и провалов. Предоставленные самим себе, взрослые шляются повсюду, но ничего не могут толком прогулять. Даже каникул по большому счету у них нет; все на виду, все подсчитано. Единственная лазейка взрослой жизни, ее вентиляционное отверстие – условное будущее время, позволяющее вынашивать тайные планы побега. Известные каждому.

**
Снилось эксцентрическое кино, каждый эпизод которого стремился прорваться к неизвестному новому фильму и тут же удалялся от этого фильма куда подальше, в новые картины.

**
Что мне Лесков, когда я сам в глубокой чаще.

**
О себе. Я фигура умолчания.

**
У тебя отнимут и твою речь, и твое молчание, если ты не перестанешь думать об этом.

Нашествие роботов

Wed, 31 Dec 2008 20:04:08 GMT

С интересом узнал, что роботы не только оставляют комментарии в журналах (все чаще и чаще; даже я получаю их теперь почти каждый день), но и ведут собственные блоги. (Раньше журналы их были пусты.)
Вот, например, знакомьтесь – Виктор и Павел, явно родные братья:
http://sabotag-nik-20.livejournal.com/
http://liveparty-ru-25.livejournal.com/
(А какие трогательные профили у всех, обратите внимание на эти детальки био – «романтичный: люблю секс и юмор».)
Ради более близкого знакомства пару раз погуглил некоторые их записи. В одном случае быстро нашел дубликат, во втором – не знаю, что и думать: ни оригинала, ни следов. Видимо, развиваются программки, и нитки (тексты) идут в дело не только ослепительно белые.

В грядущий год (у которого все шансы стать очередным годом триумфа роботов над человеком) желаю нам всем, людям, остаться по возможности живыми. С наступающим!

из новостей

Mon, 22 Dec 2008 21:03:54 GMT

"Нет, он должен жить в нормальных условиях. Отдадим ее в зоопарк", - сказал премьер.
(10.10.2008, fontanka.ru)

**
Полицейский успокоил подростков предупредительным выстрелом в коллегу.
(28.10.2008, lenta.ru)

Коля

Mon, 22 Dec 2008 19:24:15 GMT

Коля рассказал об одном баране, который осознал страшное свое предназначение (shashlyk!) и попытался объяснить родственникам смысл их пребывания на так называемом «скотном дворе».
Увы или ура, но безуспешно. Из-за слабой аргументации, то ли страшась признаться себе в жуткой правде, а может в силу привычки или иных причин, но сородичи продолжали верить в свои традиционные теории, коих у баранов, оказывается, тоже в избытке (в точности по типу наших буддизма, иудаизма, христианства, ислама и прочих изворотов, включая науку и здравый смысл, каждый из которых слегка по-своему объясняет значение бараньей жизни и смерти). А проповедовавший барашек приобрел устойчивую репутацию безумного уфолога, начитавшегося желтой прессы.

Коля

Mon, 17 Nov 2008 16:46:53 GMT

Коля рассказал о цирковом артисте, который однажды, впав в меланхолию, разбился насмерть.

Философия через жж

Sun, 16 Nov 2008 12:08:34 GMT

Дневник Сократа был заведен еще в период пригласительных кодов тогда почти неизвестным Платоном, но сам Сократ не написал туда ни строчки. Длинные, без лже-катов, записи до сих пор висят в журнале Сократа, обрастая все новыми и новыми комментариями. Несмотря на то, что владелец этого ЖЖ давно казнен, в профайле у него до сих пор числится несколько тысяч френдоффов, многие из которых зачеркнуты.

Августин. Написал несколько ярких, философских и литдыбровых постингов. Одним из первых проанализировал феномен френд-ленты. Некоторые записи сделаны в ныне неподдерживаемой кодировке.

Жан-Жак Руссо – один из главных скандалистов Живого Журнала. Анонимы, флеймы, матерная брань, огласка подробностей частной жизни корреспондентов и оппонентов, жалобы в Абьюз Тим и последующие баны стали в ЖЖ, во многом с подачи Руссо, обычным делом.

Зато другой современник (и большой поклонник) Руссо - Иммануил Кант - был, напротив, тысячником крайне аккуратным, никогда не опускавшимся до публичных «разборок». Впрочем, и комментарии Кант благоразумно разрешил оставлять только зарегистрированным пользователям и только своим френдам. Прославился, в частности, циклом записей «Живой Журнал в пределах только приличий».

Гегель начал вести дневник в относительно молодом возрасте, но, получив сполна насмешливых откликов (больше было вылито только на Фихте), отключил комменты вовсе. Впрочем, на популярности, количестве и качестве записей это не отразилось. Доказал, что с развитием ЖЖ юзеры постепенно превратятся в провайдеров, а провайдеры в юзеров, после чего всем настанет ТОС.

Фридрих Ницше, вслед за Руссо, стал одним из первых, кто разработал поэтику современного блогера: от броских заголовков («Почему я так умен», «Почему я так мудр», «Так говорил Заратустра», «Антихрист») до крайней провокационности тона. По числу полученных откликов типа "+1", "кисакуку" или "в Бобруйск, жывотное" Ницше - абсолютный рекордсмен.

Единственный, кто мог бы сравниться с ним (и с Руссо) по накалу страстей, это Карл Маркс. Немецкий блогер неоднократно засуспенживался, был забанен во многих журналах, десятки раз убивался и воскресал. Последний раз дневник, согласно завещанию Маркса, был активирован уже после смерти автора группой поддержки, ведущей ныне тихие дискуссии о перспективах деприватизации Живого Журнала общественным комитетом юзеров.

Людвиг Витгенштейн был одним из самых ярких блогеров первой половины XX века, но перестал вести журнал после того, как обнаружил, что любой ЖЖ как минимум на три четверти состоит из неверифицируемого бреда.

Его сверстник Мартин Хайдеггер тоже долгое время находился в топе, но вскоре был уличен в джинсе, а затем в нарушении ТОС - после чего его «уютная жежешечка» (Хайдеггер) была закрыта. Вскоре Хайдеггер заводит новый аккаунт и вновь быстро обрастает читателями. На комменты, впрочем, отвечает только в самых особенных случаях и, как правило, лет через 200-300. Еще реже комментирует в чужих журналах (исключения - Ницше и Гельдерлин), предпочитая старомодные древнегреческие форумы и закрытые подписные листы.

Дальше?

мелкое

Wed, 03 Sep 2008 17:47:50 GMT

**
Таджик нельзя!

**
Может быть, самая главная Колина черта состоит в том, что он, как мне кажется, никогда не ищет то, что потерял.

**
Меж тем, на наших глазах (и, как водится, без нашего согласия, наоборот – вопреки многочисленным ухмылкам и увещеваниям, давно уже, впрочем, тоже оставленным) слово «кушать» в современном русском откровенно замещает слово «есть», а последнее многими ощущается (уже чуть ли не) как невежливое или простонародное (откуда часто и употребление «ку...»)

**
Боря в пустыне

**
– Смотришь футбол?
– Нет, только слушаю и читаю.

**
оргументация

**
Мне кажется, мы превращаемся в симпсонов

**
Ужасно маленькие деньги

**
Много конспектов по войне и миру и карениной, и расселу, и прочей философии. Повыкладывать?

**
Журналистика = (безответственная) синонимия

**
"Первоначально при исполнении трагедий допускались вольности, но Ликург провел закон - единое издание текстов и запрет на импровизации"

**
"Ме ра мамгеребс удзиро зеца замбахи пери
Ту мильхинс вмгери ту севдианоб маица вмгери
Ме ра мамгеребс вардебис сутква какачос пери
Албат симгера ту даманатлебс хода мец вмгери

Чито гврито, чито маргалито да
Чито гврито, чито маргалито да"

**
Коля как-то давно сказал: Иногда, а на самом деле очень часто, если не всегда, одно и то же действие имеет совершенно разные причины, следствия, значения, пароли, явки, имена, анамнез. Ты не знаешь, как это оно ухитряется?

**
Проглотил за весну и лето, в числе прочего, десятки килограммов самого разного Толстого, включая бесчисленные статьи и дневники за много лет. В частности – прочел интересный, даже потрясающий роман о (периоде) жизни и духовных исканиях помещика Конст. Левина, названный почему-то именем второстепенной героини (если угодно – первой героини второго плана) – «Анна Каренина». Есть у кого-нибудь какие-нибудь, пусть даже завиральные объяснения, почему автор так поступил?

**
Синдром прогрессирующего иммунодефицита. Сил все меньше, заразы все больше. Запас иронических улыбок иссякает, кривых ухмылок и того меньше, из соображений безопасности мозг все дольше находится в safe-mode, и потому отшучиваться не выходит тоже.

**
Апатия - это отвращение, ставшее нормой жизни.

мелкое

Sun, 01 Jun 2008 16:40:49 GMT

**
«Орангутаны так долго живут?» переcпросил N. и в ответ, что до 30-40 лет, а в неволе и при благоприятных условиях, даже дольше, поджал нижнюю губу и задумчиво покачал головой, как бы оценивая перспективы сожительства с орангутаном при благоприятных условиях.

**
Тупость – неспособность разрезать время

**
Бегство – попытка вынести тяжесть собственного присутствия?

**
Неряшливость отрицает все, с чем соприкается, даже не замечая этого по неряшливости

**
Интересно, как, даже располагая всеми необходимыми данными и имея, казалось бы, все возможности для правильного вывода, включая развитый умственный аппарат и эрудицию, homo sapiens все же предпочитает обманываться, искренне не замечая настоящего положения дел. Вот хороший пример :
«В очередной раз убедился, что в кино все врут– когда, допустим, Джек Николсон приходит в дом Гауди, то там никого, кроме Марии Шнайдер, когда Скарлетт – там только Бардем, а когда я – двести человек туристов с фотоаппаратами и орущими детьми».
То есть, ровно там, где кино сообщает автору чистейшую правду, он усматривает подлую ложь.

**
Гаишник на Петровке, по телефону: Герпес?.. Только половым путем?..

**
Как симпатичны все-таки сканированные тексты, встречающиеся в Интернете:

Ксенофаи, период расцвета деятельности которого приходится на последнюю часть VI столетия до н.э., рассказывает:
Вот о чем нужно вести беседу зимней норою
У очага, возлежа на мягком ложе, наевшись,
Сладкое попивая винцо, заедая горошком…

**
земля (из) людей

**
Лето. Уставший сонный дедушка играет с внучкой в прятки. Дом большой, в нем много этажей, комнат, лестниц. Сейчас дедушкина очеред водить. Сев на диван, отвернувшись к стене и специально сняв очки, он считает вполголоса до тридцати, но дойдя до тридцати продолжает считать дальше, пока не остановят.

**
был в раю. Оказывается, это такое "кафе" на пражской. [не считая одноименного клуба]

**
Нет никакой грусти в том, чтобы сидеть на полу скрестив ноги.

мелкое

Sat, 19 Apr 2008 12:02:42 GMT

**
Ехал по проспекту Вернадского, сбоку мелькнула вывеска: "Пьянка. Выпивка". Присмотрелся: "Пряжа. Вышивка".

**
на заметку: любое стойкое пристрастие (к никотину, алкоголю и т.д., к чему угодно) является, помимо прочего, отличным, если не лучшим способом, забыть как о нем самом, так и о необходимости ему как-то противостоять

**
Город дает каждому по желаниям его и еще дополнительно -- пакет новых желаний (неисполненных и, как правило, несбыточных).
В результате горожанин быстро обучается безразличию относительно происходящего вокруг; оно есть первое условие существования в пестроте.

**
Услышал, как один бомж говорил другому бомжу: Завтра пятница, ништяков бля!
Мечтательно.
Не литература, не диккенс.

**
Курская-Чкаловская: "Уважаемые пассажиры, занимайте пожалуйста и правую, и левую стороны эскалатора. Становитесь плотнее друг к другу!"

**
"При пользовании метрополитеном обращайте внимание на подозрительных лиц".
(А также призывы любить и беречь русский язык. И эйфорическая поэзия-полуклассика.)

**
Что бы ни говорили мудрецы о самодостаточности, тупость убивает и убивает страшно.

**
Коля рассказал про учительницу, которая однажды забыла дома отметки, и за весь день никому ничего не поставила.

**
– Вот И. уже один роман посвятили, в другом она присутствует как прототип героини. А про нас с тобой если что и напишут, то только что-то под названием "Последняя ловушка для Бешеного".
Не удержался от уточнения:
– Последняя любовь Бешеного.

**
Наслушавшись разговоров про грехи молодости нынешнего мэра Нью-Йорка (за что купил), отец N. возмутился: Какая разница изменял или нет, он же слепой!

**
– Да и погода блядская – сказала тетка, глядя на меня, вошедшего в торговый центр.

**
Приснилось, что выношу букет на сцену патрисии каас (фантасмагория, возникшая по мотивам увиденного в столовой - буфете партархива - телеконцерта) и вдруг с ужасом понимаю, что певица слепа: широко улыбаясь и протягивая руки, она проходит мимо

Что приятно в Москве

Fri, 11 Apr 2008 15:55:00 GMT

- часто слышишь русскую речь.

день без контента плюс

Tue, 18 Mar 2008 09:09:15 GMT

http://kirill.livejournal.com/521631.html
http://community.livejournal.com/no_lj_ads/76834.html

Поддерживаю акцию День без контента (тем более, я и так ничего не пишу, хахаха).

Но в идеале, мне кажется, имело бы смысл совместить забастовку с "приватизацией контента" - то есть с временным переводом всех постингов своего журнала, кроме, скажем, объявления акции, в приват. Приватизируем этот свой контент мы, конечно, не от СУПа, но от посетителей, которые в конечном счете определяют рекламу. Множество (временно) пустых страниц обычно активно посещаемых журналов - выглядит впечатляюще.

Чем больше народу поддержит эту акцию (и чем больше тысячников), тем больше смысла она получит - поэтому я призываю присоединиться к ней всех читающих эти строки юзеров.

А вообще сегодня, кажется, день рождения ЖЖ, 9 лет ему исполнилось. С чем всех поздравляю.

мел

Sun, 16 Mar 2008 02:12:24 GMT

--новое доказательство бытия божьего, а также родства этики и эстетики
Никогда у меня не было в ленте ни одного юзера, который позволил бы себе простите за выражение джинсу или хотя бы что-то похожее (случайно тут узрел, что такое встречалось уже не раз в ЖЖ, и были скандалы, и так далее; многих из этих "тысячников" увидел впервые, но некоторые и раньше попадались).
PS Правда, есть Носик. Даже два.

--
Что такое конфиденциальность? «Я не сказал ничего, что не смогу повторить на Страшном суде, однако мы с вами предположительно далеки от Апокалипсиса, и потому я прошу вас сохранить сказанное мной в тайне».

--толочь толк
банальность, из которой не исходишь как из данности, бездумно высказывая ее, но к которой приходишь в результате раздумий – остается банальностью? Я склонен думать, что даже в случае ее почти полного «контентного» совпадения с банальностью мертвой, исходной – банальность как результат размышления все же выглядит, а главное действует совершенно иначе на всех, кто оказался в ее поле, – и действие это уже не так банально, провоцируя реакцию мышления дальше, и хотя эта провокация не является достаточным условием дальнейшего ее, мысли-банальности, распространения, но зато служит исходным для этого условием, исходным и необходимым.

--
Мог бы стать художником, режиссером, хореографом, кутурье, но вместо этого предпочел наслаждаться упущенными возможностями - всеми сразу.

--
Вкус хороших поступков иногда невыносимо приторен.

--
Уже четыре года, если не больше, рассказываю всем, но забываю записать придуманную иллюстрацию различия между удовольствием и наслаждением (поскольку, как и Христос, ненавижу повторяться):
купить что-то за деньги – удовольстие; бездарно потерять деньги – наслаждение.

--высокая болезнь
сильная слабость

--
Любое творчество - продукт жизнедеятельности и в этом смысле говно. Даже хуже - менее органично и отправляется по умолчанию не в унитаз (куда 95% и следовало бы спускать), а на всеобщее обозрение. От понимания творчество отличается одним - волюнтаризмом, укорененным в самовлюбленности художника. Хотя казалось бы - не общее ли место? - как лидерские качества сами по себе еще не обещают ответственности, так и тщеславие зачастую обходится без всяких талантов, ибо само уже есть своеобразный талант.

--неопыты
Не высказываясь на события текущего бытия, я отрицаю это бытие (прошлое, настоящее) как имеющее символическое значение. Бывают события, с которыми не хочется или не следует иметь ничего общего

--неписать
История – то, что описано, а значит непишущий уничтожает своим молчанием историзм и символизм происходящего. Он не фиксирует мир как часть своего экзистенциального, интеллектуального, морального опыта, отказывает ему в этом статусе

--
Вести тщеславный счет точно выбранных информ-поводов и событий, о которых не высказался и которым (сознательно) оказался непричастен

--
Из сценария: герои время от времени начинают производить странные телодвижения, например ползти к холодильнику

мел

Sat, 23 Feb 2008 15:50:02 GMT

«Если ты нищ и убог, то богатых, пресыщеных и родовитых… обходить старайся стороной» (Эсхил. Прометей прикованный. Перевод С. Апта).

--
Сосед – тот, кто делает ремонт.

--
Еженощные чтения себе нотаций и предписаний (как быть счастливым и т.д.) – идеальное средство себя убаюкать.

--феминисткам
«Послушанье называют матерью благополучья. Это помни, женщина!» (Этеокл, Семеро против Фив, Эсхил, перевод С. Апта)

--
человек, который удалит с клавиатур клавишу Insert, может претендовать на Нобелевскую премию мира.

--(весна, лето, зима, осень… и снова весна)
На московских изогнутых улицах все внимание в основном поглощает грязь.

--Метро-дарвинизм, часы пик
Те, кто подталкивают и наступают нам на пятки, безусловно дурно воспитаны, однако представляете, какая в течение 5 минут образуется давка на, скажем, станции Парк Культур кольцевая, будь все из нас галантерейными джентльменами, соблюдающими дистанцию и оберегающими, скажем, дам или пожилых людей от малейших притеснений?

--
что убеждает в фатальности происходящего - когда обустраиваешь всё максимально аккуратнейшим образом, а оно полностью рушится. И ведь происходит так очень и очень часто (например, в форме мягкого напоминания, что мы представляли себе нечто совершенно иначе). Чтобы не сказать «как правило».

--искусство не разменивать себя
Нормальные, хорошие и при том 'естественные' поступки иногда трудно совершить из-за их демонстративности, из-за острой щепотки явно содержащегося в них благородства - и притом такого, которое дается легко. В итоге этого хорошего, но маленького поступка не совершаешь, усомнившись в его идеальности; не совершаешь также и большого поступка; не совершаешь вообще ничего.

--
Толстой в «Севастопольских рассказах» о том, что следовало бы сократить воюющие армии до одного человека с каждой стороны, чтобы избежать бессмысленных потерь.

--
Секс как театр практика или док или что-то такое

--
Начал откликаться на озабоченные разговоры о погоде

--
Видел, как рабочие разгружали ящики со сливками возле МХТ им. Горького

Коля

Sat, 23 Feb 2008 15:29:30 GMT

подобно античным героям, оплакивает свои счета.

по меньшей мере нетривиальный слоган,

Sun, 23 Dec 2007 12:08:13 GMT

написанный явно каким-то шопенгауэровцем, украшает пакет молока "Вкуснотеево": "Вкусно, аж жить охота!"

"жизнь прекрасна"

Sun, 23 Dec 2007 09:32:30 GMT

Примечательно, что эти слова могут быть произнесены осмысленно (а не – как банальность или ирония), пожалуй, только в ситуации полностью противоположной – например, пленником концлагеря. (Случайно и неслучайно так называется трагикомедия о Холокосте.)

безразличие и повторение

Sat, 22 Dec 2007 14:52:08 GMT

В старом кино, если герой задерживается перед КПП любого типа (предприятие, клуб, метрополитен и так далее), это значит, что у него нет необходимых документов; согласно классике, тот, кто прав, всегда уверен в своей правоте и действует не задумываясь, решительно; правота и уверенность в классическом мире – едва ли не одно и то же.
В современном же (или, что одно, авторском) кинематографе герой может сколь угодно долго рыться в карманах, после чего, скорее всего, благополучно найдет необходимую бумагу и пройдет контроль без всяких затруднений.

коля

Sun, 16 Dec 2007 16:03:31 GMT

– не фетишист. Однажды он выкинул пуговицу, которая спасла ему жизнь, – потому что в результате та пришла в негодность.

страсти христовы

Sat, 24 Nov 2007 19:19:48 GMT

Посмотрел недавно одноименный чудовищный фильм Гибсона и (не претендуя на оригинальность) подумал две вещи:

--- возможно, главный нерв и, если так можно выразиться, уникальность Христа -- в совмещении несовместимого, а именно 1) любви к жизни и 2) знания судьбы (своей, чужой, неважно). Иисус любил жизнь и знал судьбу. (У Будды не было такой любви, у Моисея не было такого знания.)

--- один пункт евангельской истории представляется особенно слабо или традиционно неверно освещаемым -- "конфликт" Иисуса и Каиафы. Понятно, что те из авторов (и Гибсон в их числе), кто любит подчеркнуть ответственность еврейского народа и его религиозных лидеров за расправу, упускают из вида (или не учитывают должным образом, или сознательно принижают) множество тонких нюансов, но один из таких нюансов, по-моему, заслуживает особого внимания: противостояние Иисуса и первосвященника не было противостоянием добра и зла, неба и земли, и так далее. Наоборот -- это был конфликт между добром и добром, между небом и небом; к тому же, понимание добра и неба было у обоих если не сказать одинаковым, то до крайности сходным.
Так, когда к проповедующему Иисусу приходят Его мать и сестра, Он, говоря современным разговорным, посылает их, - акт, в общем, табуированный не только для тогдашней, но и для сегодняшней культуры – но тем самым Иисус показывает, что живое слово проповеди (скажем даже еретичнее и исторически фривольнее: сама мысль, Его в тот момент влекущая) сакрализует ее, проповеди, время и пространство, и неизмеримо важнее заскорузлого, всегда присутствующего в нас доксального знания (в частности, сознания банального родства, которое мы вольны презирать). Потому-то случайные слушатели – не только которым, но и благодаря которым Он проповедует – и названы Им настоящими Его «родителями». Собственно, большинство поступков Иисуса были целенаправленно шокирующими именно радикальным противопоставлением ценностей духовных и земных (о чем очень много сказано); но ведь аналогичным же образом – следуя радикальной духовной логике - ведет себя и Каиафа, когда предпочитает безобидному самозванцу, возомнившему себя Б-гом, – опасного убийцу-рецидивиста. Оба – и Иисус, и первосвященник – руководствуются Божьим законом и своими действиями провозглашают, что нет ничего важнее Слова, перед которым любые человечьи жертвы – тлен.

лужков и лимонов: парадоксы российской политики

Fri, 26 Oct 2007 06:40:09 GMT

В интервью Радио Свобода (4 апреля с.г.) Лимонов - в числе прочего - заявил, что московские суды подконтрольны мэру Москвы Лужкову. Лужков - спустя пол- с лишним -года - оскорбился и подал в - московский, Бабушкинский - суд на Лимонова, а заодно и на "Свободу".

"Ситуация, отметим, представляет собой классический неразрешимый парадокс, напоминающий о знаменитом парадоксе лжеца. Если суд удовлетворит иск Лужкова, это будет означать, что Лимонов сказал правду и оштрафован тоже именно за нее; суд же, таким образом, подтвердит свою подконтрольность. Если же, паче чаяния, Бабушкинский суд неожиданно примет сторону писателя, это станет символом солидарности московского правосудия с клеветническим утверждением и с клеветником - против оклеветанного мэра.

Слушание этого удивительного дела назначено на 2 ноября".

мелкое

Tue, 28 Aug 2007 21:29:30 GMT

**(наверное, баян)
Александр Блог: Превед!

**(чем меньше женщину)
Случайно подслушал: Я ему нравилась, а он мне соответственно нет…

**
Известно, что хорошее частенько бывает задвинуто в дальний угол, что добро зачастую лишено кулаков, чтобы проторить себе дорогу, что умные часто бедны, а настоящие герои безвестны. Поэтому ближе всех к совершенству, и во всяком случае счастливее всех — не святой, не гений, даже не бог, а человек удачливый.
Он тот, кому всегда хватает малого: банальность в его устах прозвучит мудро, сомнительная аналогия уместно, далее везде. Не нужна удачливому человеку и доброта — за нее сойдет жизнерадостность, не потребуется деликатность — достаточно простого обаяния. Даже таланта удачливому человеку хватит самого скромного, чтобы считаться гением. Смертельная болезнь не сведет его в могилу, а сказанная пошлость будет незамечена или прощена.
Никто никогда не увидит, как скучен и уродлив удачливый человек.

**
Видел политсны. В одном из них Виктор Геращенко с гордостью демонстрировал какой-то необычайно полезный маринад, который они делают дома вместе с женой. В мутной массе плавало что-то вроде дохлых мидий, а может то был полезный гриб, который многие выращивали в советское время в трехлитровых банках, затянутых марлей.
После встречи с Геращенко общался с Путиным (подозреваю, что на этот разговор повлияло чтение А. Ъ-Колесникова. Во всяком случае) когда я сказал ему, что в 2008 году он в любом случае должен уйти, Путин воскликнул (именно «воскликнул», по-мальчишески): «Но ведь это нечестно и недемократично! Разве желание народа — не первый закон для нас?».

**
Иной скованный, зажатый человек чувствует себя в своей зажатости куда комфортнее, чем иной раскованный в своей раскованности.

**
Снилась страна, все граждане которой с рождения приговорены к смертной казни, каждый в свое время.

**
Правосудие успешно возвращает преступнику его травму, которую тот чуть было не вытеснил благополучной, безнаказанной жизнью.

**
Прочел вынос в каком-то женском журнале: «Как это часто случается с мужчинами, его желания были противоречивы».

**
Спрашивающий, как куда пройти и где что находится, производит жалкое впечатление.

**
Написать пять сценариев в пять раз проще, чем один.